Специальный статус Донбасса. Главные противоречия формула Штайнмайера не снимает

Статьи
Специальный статус Донбасса. Главные противоречия формула Штайнмайера не снимает

Реализация Минских соглашений, замороженных сторонами  несколько лет назад, наконец, сдвинулась с мертвой точки и Украина под давлением Запада подписала «формулу Штайнмайера», определяющую порядок действий по реализации соглашений.

Поднявшаяся эйфория по поводу разрешения конфликта на Донбассе, пока что преждевременна. Этот документ задает только направление разрешения конфликта и сторонам предстоит наполнить его конкретным содержанием, разработать и утвердить комплекс мер по реализации каждого затронутого в нем вопроса.

Подписанный документ носит декларативный характер, Украина согласилась на предложенный порядок действий и не более того, он определяет последовательность реализации соглашений и порядок имплементации закона об особом статусе, которого еще нет. При Порошенко был принят такой закон, но в действующей редакции он не соответствует Минским соглашения и тем более «формуле Штайнмайера». Зеленский уже заявил, что парламент Украины до конца года примет новую редакцию этого закона, в котором будет прописана «формула Штайнмайера».

Одним из принципиальных моментов этих двух документов является предоставление Донбассу особого статуса в составе Украины, предусматривающего передачу российско — украинской границы под контроль Украины. Форма и наполнение особого статуса Донбасса будут определять, насколько успешным будет этот процесс. Пока есть только диаметрально противоположные трактовки этого статуса сторонами конфликта и это может в очередной раз поставить крест на реализации соглашений. Процесс их реализации может прекратиться так и не начавшись.

Сразу же после подписания «формулы Штайнмайера» стороны по-разному начали его трактовать. Зеленский заявил, что до выборов на Донбассе граница должна перейти под контроль украинских военных, а представители республик, что контроль над границей они никогда не отдадут, не допустят на территорию республик украинские вооруженные формирования и Украина должна узаконить статус двух армейских корпусов донбасского ополчения, называемых сегодня народной милицией. Так что разногласия носят принципиальный характер.

Минские соглашения дают только общие направления разрешения конфликта. В соглашениях записано: «п.9. Восстановление полного контроля над государственной границей со стороны правительства Украины… … после всеобъемлющего политического урегулирования (местные выборы… … и конституционная реформа), при условии выполнения п.11 – в консультациях и по согласованию с представителями отдельных регионов Донецкой и Луганской областей». «п.11. Проведение конституционной реформы в Украине, а также принятие постоянного законодательства об особом статусе отдельных регионов Донецкой и Луганской областей в соответствии с мерами, указанными в примечании».

В примечании указано, что освобождаются от наказания лица, связанных с событиями на Донбассе, закрепляется право на языковое самоопределение, назначение прокуроров и судей производится с участием органов местного самоопределения и самое главное — создание отрядов народной милиции по решению местных органов. То есть, предусмотренные Минскими соглашениями меры, могут быть реализованы Украиной только при их согласовании представителями Донбасса, без этого Киев не может принять основополагающие законы, которые определят будущее устройство Украины.

В Минских соглашения и тем более в «формуле Штайнмайера», кроме упоминания о придании особого статуса Донбассу ничего не сказано, что из себя представляет этот «особый статус». В связи с этим обе стороны слишком вольно трактуют его и каждая в свою пользу.

Особый статус затрагивает большой круг политических, военных, экономических и административных вопросов, таких, как уровень полномочий у Донбасса и Киева, по какому закону пройдут выборы на Донбассе, будет ли существовать административная граница между Украиной и Донбассом, кто возьмет под контроль границу с Россией, что будет представлять из себя народная милиция и какова судьба двух корпусов вооруженного ополчения, как будут регулироваться права собственности на промышленные объекты на Донбассе, куда будут платиться налоги и как будет функционировать банковская система, какой статус будет придан русскому языку, как быть с гражданами республик, получившими российское гражданство и масса других таких же принципиальных вопросов, к обсуждению которых даже не приступали.

По большинству этих вопросов существуют противоречия и во многом на данном этапе они непримиримые и это требует согласования позиций сторон. Для их рассмотрения и принятия решений требуется участие юристов, военных, экономистов, бизнесменов, без которых они не могут быть разрешены в принципе. Без обоюдного компромисса, удовлетворяющего стороны, принять решение по сложнейшим вопросам будет невозможно, а стороны пока не проявляют стремления к таким компромиссам.

По всей видимости, без участия внешних заинтересованных в разрешении конфликта сторон этот процесс никак не сдвинется. Его придется решать в другом формате, где внешние игроки в лице США, Евросоюза и России будут искать компромиссы с целью обеспечения своих геополитических интересов. Они уже по разным причинам пришли к консенсусу, что Минские соглашения, основной вопрос в которых это особый статус Донбасса, должны быть выполнены. Вопрос только в том, какое будет их наполнение и вокруг этого внешними игроками будут вестись закулисные переговоры, а Украине и республикам придется исполнять их волю и указания.

Этот консенсус достигнут благодаря тому, что в США интересы команды Трампа не совпадает с интересами демократов, реализовавших проект унитарной Украины и команда Трампа хотела бы на приемлемых условиях снять вопрос Украины с повестки дня. Евросоюз полон решимости выйти из клинча с Россией из-за Донбасса, смягчить санкции и решить свои экономические проблемы. Россия стремится покончить с политической изоляцией Запада и добивается снятия санкций, сдерживающих ее экономическое развитие. Все внешние игроки заинтересованы в разрешении конфликта на Донбассе, будут искать пути реализации и идти на компромиссы. При этом Запад естественно не собирается сдавать Украину России и будет стремиться сохранить завоеванный плацдарм, а Россия на собирается «сливать» Донбасс».

Процесс урегулирования в самом начале, пока ничего еще не решено. Противостоящие стороны еще не начинали диалога и насколько они готовы к нему — непонятно. Первые высказывания показывают, что подходы у них антагонистичны и вряд ли они найдут общий язык. Ситуация с реализацией особого статуса может развиваться в двух направлениях.

По первому варианту стороны долго будут выдвигать друг другу неприемлемые предложения и в итоге заведут переговоры по статусу в тупик, выполнив только первый этап по прекращению огня и разведению сторон, который не требует больших усилий и уступок. В этом варианте Донбасс ожидает судьба Приднестровья с непонятным статусом на много лет.

Во втором варианте внешние игроки могут пойти на компромисс и договориться о статусе, близком к положению Гонконга в Китае или федерации Боснии и Герцеговины с широкими полномочиями Донбасса. Просто вхождение Донбасса в Украину на условиях киевских властей Россия никогда не допустит, так как это приведет к неизбежной зачистке Донбасса.

При таком статусе Донбасс будет иметь свои органы управления, судебную и прокурорскую систему, силовые структуры как их ни называй, административную границу с Украиной и удерживать российско-украинскую границу. Де — юре все это будет украинским с формальным подчинением Киеву, де-факто во многом самостоятельным с определяющим влиянием Москвы. Пойдет ли на такой компромисс Запад, большой вопрос, все будет зависеть от успеха переговорного процесса и насколько готовы пойти на уступки Запад и Россия.

Форма и содержание «особого статуса», если на него согласятся внешние игроки, будут определяться не в Киеве, а в Вашингтоне, Москве и Брюсселе и Киеву придется выполнять их волю, как это было при создании федерации Боснии и Герцеговины.