Торговая война США и Китая окончательно ушла «под ковер»

Статьи
Торговая война США и Китая окончательно ушла «под ковер»

19 сентября стало известно о том, что Вашингтон и Пекин возобновляют переговоры, которые должны стать преамбулой для очередной попытки подписания торговой сделки двух держав. Однако еще один переговорный дубль вряд ли произведет долгожданную сенсацию, тем более что Китай стойко держится в торговом противостоянии и причин отступать пока нет. В Вашингтоне понимают, что Китай трудно одолеть экономически, поэтому торговая война начинает переходить в иную плоскость.

В минувший четверг делегация из 30 китайских чиновников во главе с заместителем министра финансов Ляо Минем прибыла в Вашингтон для возобновления диалога на тему торговых разногласий. Как сообщают некоторые источники, основное внимание переговоров будет уделено сельскому хозяйству. Ранее Пекин по просьбе американской стороны согласился ликвидировать дополнительные таможенные пошлины на ряд американских продовольственных товаров, включая соевые бобы и свинину. В ответ на что Дональд Трамп написал в своем твиттере об отсрочке очередного повышения пошлин на товары из Китая с 25% до 30% на сумму 250 млрд. долларов.

По мнению некоторых СМИ таким образом засияла возможность позитивного исхода в затянувшейся тарифной битве. Но едва ли это так. Дело в том, что тема закупок Китаем продукции американских фермеров – это далеко не главный камень преткновения. Достаточно вспомнить то обстоятельство, что еще летом 2018 года, когда торговая война только началась, Пекин предложил урегулировать ее именно увеличением импорта американской аграрной продукции. Ведь для Китая, поглощающего гигантские объемы продовольствия, это совсем не проблема. Проблема же заключается в другом условии, которое диктуют США – в защите интеллектуальной собственности и принудительной передаче американских технологий китайским компаниям. Оно-то и является главным камнем преткновения, потому что за этим требованием скрывается сопротивление технологическому рывку Китая, всерьез угрожающему американской техно-гегемонии.

Но в текущих переговорах из трех запланированных сессий только одна будет посвящена проблеме трансфера технологий в адрес стратегического противника Вашингтона. И это, на первый взгляд, большая странность, о которой так и хочется сказать как о невероятном «прогибе» США. Ведь технологический потенциал Китая, который растет не по дням, а по часам – это предмет серьезных опасений Белого дома, куда более серьезных, чем выравнивание перекошенного американо-китайского торгового баланса. Если бы Китай просто слишком много продавал в Америку, но полученные от экспорта доллары вкладывал в американские ценные бумаги, — это еще ничего. Но Китай львиную долю денег, заработанных на американском рынке, вкладывает в развитие инфраструктуры, науки и технологий, да еще и принуждает американские компании делиться своими секретами. И не будет звучат пафосно утверждение, что проекты «Шелковых путей», встающих костью в горле американских интересов в Евразии, финансирует американский потребитель, скупающий китайский ширпотреб.

Весь сыр-бор с тарифной дуэлью двух стран разразился именно вокруг китайской глобальной стратегии, а все прочее вроде бобов и мяса – исключительно разменные монеты. И вот США, кажется, собираются принять эту разменную монету, что сродни поднятию белого флага, потому как по ключевому вопросу Китай не сдвинулся ни на йоту. И не особо спешит с этим. В своем недавнем интервью «Аргументам и фактам» советник Департамента стран Центральной Азии и Европы МИД КНР Юй Цзюнь заявил: «Наша страна не хочет, но при этом не боится торговой войны. Мы не пойдем на уступки по принципиальным вопросам. Мы настоятельно призываем американскую сторону прекратить предосудительные поступки, надеемся на приемлемое решение за счет диалога на основе взаимного уважения». Ранее в Пекине уже высказывали подобную позицию, и теперь она, очевидно, возведена в аксиому ведения переговоров с США.

Однако в ответ на эту позицию Белый дом в лице своего хозяина разразился пространными заявлением, которое можно трактовать как пораженческое, так и воинственное. В прошедший вторник Дональд Трамп заявил, что вся беда в том, что китайцы ждут его поражения на выборах 2020 года, поэтому и тянут с заключением соглашения: «Думаю, что сделка может быть скоро – возможно, до выборов или через день после выборов. Если это после выборов, то речь, с точки зрения Китая, и он это знает, пойдет о самой жесткой сделке, которую когда бы то ни было кому бы то ни было приходилось заключать. Китай это знает…

Китай думает, что я с легкостью одержу победу. И они обеспокоены, так как я им сказал, что после выборов это будет намного хуже, чем сейчас. Я им это сказал. Хотели ли бы они победы кого-то другого? Абсолютно!» Таким образом, Трамп ловко встроил внешнеполитическую повестку – во внутриполитическую, привязав судьбу торговой войны к результатам грядущих президентских выборов.

Однако на самом деле Пекин едва ли рассчитывает на поражение Трампа. Надо понимать, что цена противостояния с Китаем – глобальное лидерство. И смена вашингтонского начальства едва ли будет означать, что китайцам позволят выйти на финишную прямую этого марафона. Если на тарифном поле США не удается одержать стремительную победу над США, значит удары по Китаю будут наноситься на самых разнообразных направлениях. В общем-то, конфликт между странами уже давно ушел «под ковер» официальной дипломатии. Еще в декабре 2018 года США нанесли удар по корпорации Huawei, арестовав ее финансового директора Мэн Ваньчжоу в Канаде. Случилось это буквально через несколько дней после саммита G20, на котором Дональд Трамп и Си Цзиньпин «вроде как» обо всем договорились. Однако публичные рукопожатия и теплые слова было решено подкрепить более весомыми аргументами.

Дальше – больше. Не имея возможностей оперативно «прижать» китайскую экономику к стенке с помощью тарифов, Вашингтон идет окольными путями – провоцируя обострение ситуации на Ближнем Востоке, играющем важнейшую роль для экономики Поднебесной. Расторгая иранскую ядерную сделку, которая была в шаге от окончательного согласования, Вашингтон вводит нефтяные санкции против Тегерана, тем самым провоцируя страну на воинственные заявления. Через некоторое время мы наблюдаем целую серию диверсий в отношении танкеров различных государств. Ведущие мировые СМИ пишут о начале новой «Танкерной войны». Но кто бы не стоял за этими провокациями – главной жертвой оказывается Китай, потому что перекрытие Ормузского пролива способно лишить страну 40% потребляемой нефти. А эта ситуация будет покруче введения 100% таможенной пошлины на все китайские товары.

Почти параллельно с «танкерной войной» разгорались протесты в Гонконге. Пекин уже не однократно обвинял в причастности к ним власти США. Не так давно китайские спецслужбы обвинили организацию «Контроль за правами человека в Сянгане (Гонконге)» в получении финансирования и ее причастности к организации протестов. Торчат американские уши в гонконгских акциях или нет, но следует помнить о том, что Гонконг – это главный финансовый центр Китая и окно на Запад для китайского капитала и внешних инвестиций. Пожалуй, трудно найти более слабое место Китая. Через Гонконг миллиарды долларов растекаются по азиатским и европейским странам в рамках проектов «Шелковых путей». А через банк Ротшильдов в Гонконге из США в Китай сбегает крупный капитал, который Трамп тщетно пытается вернуть на родину. В довесок к этому, именно в Гонконг китайцы пытались затащить компанию Saudi Aramco для IPO, но протесты сыграли не последнюю роль в отказе от этой идеи.

По мере того, как давление на Китай не оказывало желаемого результата – а именно капитуляции в вопросе интеллектуальной собственности и технологий, специально обученные люди продолжали искать новые способы давления на Пекин.

И находят их. В начале августа двоюродному брату Си Цзиньпина – Мин Чао – предъявили подозрения в отмывании денег через сеть казино в Австралии. Также Мин обвиняется в лоббировании китайских интересов и участии в организованной преступности. Но вполне возможно, что родственник Си – не главная мишень западных спецслужб. Не стоит забывать, что Австралия является крупнейшим поставщиком железной руды для металлургии КНР, обеспечивая 40-50% ее потребностей в этом сырье. Скандал с отмыванием денег может негативно сказаться на этой сфере.

Наконец, недавняя атака на НПЗ Саудовской Аравии. Хотя вина за этот удар была полностью возложена на Иран, более всех пострадает от этих событий Китай. Дело в том, что из 10 млн. баррелей суточной добычи саудитов, свыше 1,5 млн. баррелей ежедневно эквпортируется в Китай. Стало быть, китайская промышленность недосчитается солидных объемов нефти. На ряду с дестабилизацией в Ормузском проливе этот эпизод делает реалистичным сценарий полного перекрытия главного нефтяного канала Китая. Достаточно однажды «совпасть» атаке на какой-нибудь ближневосточный НПЗ и перекрытию Ормузской горловины.

Если просуммировать все эти события, то вырисовывается весьма тревожная для Китая, да и для всего мира картина. Такая кучность «совпадений» была неведома миру еще пару лет назад – до начала новой эпохи торговых войн. Но теперь все изменилось. Все кроме того обстоятельства, что все эти «совпадения» не убавили боевой настрой Пекина. А значит будет и ответная реакция – Китай за последние десятилетия слишком далеко продвинулся, чтобы капитулировать. На кону все, чего страна добилась за 70 лет своей новейшей истории. Поэтому соблазн завалить американскую гегемонию на лопатки слишком велик. Вопрос только в том, с какими потерями человечество переживет смену гегемона.